Королевство  - Джесс Ротенберг

Апрель Дымчатого леопарда

Семнадцать месяцев до суда

Я еще не вышла из Поезда Историй, когда меня остановила мама с дочками, подростками-близняшками, чтобы узнать, как дойти до русалок. Увидев изумрудные ленты, вплетенные в их косички, я догадалась, что они с нетерпением ждут этой встречи, и предложила им пойти со мной, чтобы я могла показать им лучшие места на стадионе Страны Морей.

Они рассказали мне, что приехали из Внешних Отмелей – далекого места, про которое Мама рассказывала, что все дома там стоят на сваях, чтобы не сползли в море. Мама рассказывает нам много подобных вещей, о которых мы бы никогда не узнали из Интернета, защищенного межсетевыми экранами.

«Не опасно ли жить так близко к краю света?» – спрашиваю я по дороге через знаменитую Арку Русалок – стоящие друг напротив друга пышногрудые фигуры, сделанные из закаленного морского стекла и переливающегося перламутра, меняющего свой цвет при попадании света. «Возможно, безопаснее было бы уехать подальше от моря?»

«Что?» – спросила мать, и выражение ее лица мгновенно изменилось.

Мои глаза расширились от страха. Неосознанно я нарушила основное правило Волшебниц.

Никогда не разговаривать с посетителями о внешнем мире.

На мгновение я так оторопела от собственной глупости, что не могу выговорить ни слова. Конечно, это не первая моя ошибка в жизни. Я указывала посетителям неправильные дороги. Я путалась в танце начального уровня сложности. Однажды я даже уронила на пол рожок с мороженым для ребенка – эта ошибка так сильно меня расстроила, что некоторое время я с трудом могла глотать пищу, и мне делали внутривенные уколы витаминов.

Но я никогда не совершала ТАКУЮ ошибку.

Я быстро скорректировала свои настройки, увеличив расстояние между нами с трех до четырех футов и приняв позу, выражающую дружелюбие и искренность, но было уже поздно. Свет в глазах матери погас. Вскоре вокруг рта появились морщины озабоченности.

«Пойдемте, девочки. – Мать с опаской посмотрела на меня и взяла дочерей за руки. – Отсюда мы и сами найдем дорогу».

Меня охватила внезапная слабость; крик, застрявший в горле, так и не вырвался наружу.

И в этот момент я увидела его: того юношу, подсобного рабочего, который быстро шел по дороге – голова опущена, пристальный взгляд под ноги – будто он шел по важному делу. Оуэн. В долю секунды я решаюсь идти за ним.

Вот почему ребенок остался жив: в тот день Оуэн Чен шел в лагуну, и я подумала, что у меня есть возможность еще раз услышать, как он произносит мое имя.